Главная страница 
 Гостевая книга 
 Обратная связь 
 Поиск по сайту 
 Друзья сайта 
   
 

 
   
   
   
 Волшебные сказки 
 Сказки о животных 
 Бытовые сказки  
 Сатирические сказки 
 Сказки о батырах 
 Сказки об Алдаре-Косе 
 Сказки о Жиренше 
 Сказки о Ходже Насыре 
   
   
 Камбар батыр 
 Ер-Таргын 
 Кыз-Жибек 
 Плач Кыз-Жибек 
 Кобланды-батыр 
 Алпамыс батыр 
 Кобланды Батыр 
   
   
 Легенды о животных 
 Легенды о батырах 
 Легенды о родной земле 
 Легенды о мудрецах 
 Легенды о народах 
   
   
 Народные обычаи 
 Свадебные обряды 
 Обряды воспитания 
 Бытовые обряды 
 Промысловые обряды 
 Религиозные обряды 
 Похоронные обряды 
   
   
 Казахские поговорки 
 Казахские пословицы 
 Казахские народные игры 
 Народные загадки 
 Народное искусство 
 Мужские казахские имена 
 Женские казахские имена 
 Казахские музыкальные инструменты 
   
  
   
 
  
 
   
 

Разгром в орде хана Тайшика

 

Таймас сидел на коне, высоко подняв над головой свой щит величиной с шанырак и размахивая тридцатибатпанной палицей. Его вороной тулпар, не уступающий в росте верблюду, дугой изогнул длинную шею. Таймас ждал второго захода Алпамыса на атаку.
Оба батыра обменялись друг с другом первыми ударами и ненадолго разошлись в разные стороны.
Первый пробный удар Алпамыса заставил Таймаса покачнуться в седле, хотя он и успел подставить под удар свой щит; у него помутилось в глазах, будто у рыбы, столкнувшейся на весеннем паводке со льдом. Душу батыра ледяным холодом охватила тревога, и он впервые в своей жизни засомневался в успехе. Больше того, Таймас не был уверен, что устоит под вторым ударом Алпамыса. Но опытный воин, как говорится в народе,— волк травленый; Таймас старался не показать виду. Он угрожающе размахивал своей палицей и походил сейчас на того же самого волка, который дыбом поднимает шерсть, чтобы скрыть свою слабость.
На этот раз Алпамыс отставил палицу и вытащил из ножен меч. Послав Байшубара вскачь и высоко подняв меч, он ястребом ринулся на противника.
Пролетая звездой мимо Таймаса, Алпамыс молниеносным ударом снес батыру голову. Огромная, будто гора, туша Таймаса покачнулась, и вороной выскользнул из-под него, испуганно фыркая, отскочил в сторону. В это мгновение из рядов ханского войска, одержимо крича, выскочил еще один батыр. Он был разгорячен поединком двух батыров, а после гибели Таймаса в нем и вовсе взыграла кровь: батыру показалось, что посрамлена честь его страны, и он не выдержал, бросил клич. Будто собираясь с ходу смять противника, он подоткнул под пояс полы короткого камзола и взмахнул над головой сверкающим в лучах солнца мечом.
— На поединок!— бешено орал он, направляя коня к Алпамысу.— На поединок!
Алпамыс, увидев противника, потерявшего над собой власть, решил расправиться с ним необычным способом. Он бросил меч в ножны, пристегнул палицу к седлу, прижал копье коленом. С одним только щитом в руке Алпамыс двинулся на врага.
Джунгарский батыр, пытаясь воспользоваться удобным моментом, нанес Алпамысу сокрушительный удар мечом. Но меч с лязгом ударился о щит, не причинив Алпамысу вреда, а Алпамыс тут же обрушил свой кулак на голову противника, да с такой силой, что она покатилась по земле, будто перекати-поле под ветром, и остановилась, ударившись о ноги ханских воинов, стоявших на площади.
Хан Тайшик, сидя на золотом троне, внимательно, не отрывая мрачного взгляда, следил за поединком. Пальцы хана намертво вцепились в подлокотники трона, и он потемнел, как грозовая туча, когда увидел страшную смерть батыра.
Повернувшись к молодому — косая сажень в плечах — воину, стоявшему по правую руку от трона, Тайшик сказал:
— Сынок, наступил твой черед. Пусть огонь мести, пылающий в твоей груди, сметет этого наглеца.
Молодой воин будто бы только и ждал этих слов. Он встряхнул плечами, как завидевший добычу орел, скинул с плеч накидку: синим блеском засиял на нем стальной панцирь. Воин этот был единственным сыном батыра Таймаса.
Он понимал, что имеет в виду хан Тайшик, говоря об огне мести, пылающем в его груди. Надо было отомстить Алпамысу за отца. Хан Тайшик больше всего надеялся на него, напористого, словно орел, и гибкого, как леопард.
Сын Таймаса вскочил на коня и вылетел на площадь и, когда показался перед народом, многим он представился как буйный поджарый верблюд-нар, не ведающий, что такое изнурение.
Алпамыс, разгоряченный боем, ринулся навстречу очередному сопернику. В мгновение ока оба батыра, сверкая зубами, столкнулись посреди площади, раздался лязг оружия и яростный крик, гулом отозвалась земля — столкнулись Юпитер и Луна. Вихрь пыли, поднявшийся от их жаркого дыхания, поплыл над войском.
Ожесточившийся за долгие годы заточения Алпамыс был неотразим. Едва они сшиблись, как он поднял своего противника на пику и, прокрутив его несколько раз над собой, грохнул оземь. Взлетели клубы серой пыли. Такой поворот событий ошеломил многочисленное ханское войско. На площади воцарилась мертвая тишина; она нависла, словно грозовая туча, давя на плечи тяжким грузом, действовала угнетающе.
— На поединок! На поединок!— голос Алпамыса прозвучал, как раскаты грома.
Ждать ему пришлось недолго. Из рядов войска выделился еще один батыр. Он вышел неторопливой спокойной походкой и вовсе не напоминал тех батыров, которые выходили на поединок с Алпамысом до него. Его вооружение было небогатым. Оно бросалось в глаза своей простотой, граничащей с бедностью. В движениях батыра не чувствовалось ни возбуждения, ни скрытой тревоги, похоже, воин знал себе цену. Алпамыс, конечно, не знал, что на поединок с ним вышел прославленный силач-палуан, мастер борьбы, лопатки которого ни разу не коснулись земли.
Медленно ступая, палуан подошел к своему коню, вскочил в седло и, разминаясь, проскакал несколько кругов по площади. Прошло некоторое время, прежде чем он подъехал к Алпамысу.
— Эй, мальчишка, опьяненный своей силой!— обратился палуан к Алпамысу.— Молодцу положены три попытки, ты воспользовался ими. Желание твое исполнилось, тщеславие должно быть удовлетворено. Теперь уступи мне право первого удара, и я заткну тебя за пояс.
— Нет!— яростно крикнул Алпамыс.— Не уступлю я тебе права первого удара! Вас много — я один!

И если ты хочешь получить право первого удара, то подожди, пока я уложу семь тысяч воинов хана Тайшика. Стой и любуйся моей удалью! После этой короткой словесной перепалки оба соперника отступили назад и, словно разъяренные туры, ринулись друг на друга. Алпамыс теперь понял, что на поединок с ним вышел палуан, а не просто воин, и решил сразиться с ним, не применяя оружия. Когда их кони сошлись, Алпамыс схватил соперника за ворот халата;- Байшубар рванул вперед, и Алпамыс увлек палуана за собой. Он распростился с жизнью на коне, так и не освободившись от железных рук Алпамыса. У хана Тайшика, когда он увидел смерть лучшего своего палуана, от рыданий затряслись плечи.


  Назад

1

Далее
 
 
 
© Ertegi.ru