Главная страница 
 Гостевая книга 
 Обратная связь 
 Поиск по сайту 
 Друзья сайта 
   
 

 
   
   
   
 Волшебные сказки 
 Сказки о животных 
 Бытовые сказки  
 Сатирические сказки 
 Сказки о батырах 
 Сказки об Алдаре-Косе 
 Сказки о Жиренше 
 Сказки о Ходже Насыре 
   
   
 Камбар батыр 
 Ер-Таргын 
 Кыз-Жибек 
 Плач Кыз-Жибек 
 Кобланды-батыр 
 Алпамыс батыр 
 Кобланды Батыр 
   
   
 Легенды о животных 
 Легенды о батырах 
 Легенды о родной земле 
 Легенды о мудрецах 
 Легенды о народах 
   
   
 Народные обычаи 
 Свадебные обряды 
 Обряды воспитания 
 Бытовые обряды 
 Промысловые обряды 
 Религиозные обряды 
 Похоронные обряды 
   
   
 Казахские поговорки 
 Казахские пословицы 
 Казахские народные игры 
 Народные загадки 
 Народное искусство 
 Мужские казахские имена 
 Женские казахские имена 
 Казахские музыкальные инструменты 
   
 

Красивые кованые перила www.spectorgstroy.ru.
 
   
 
  
 
   
 

Камбар батыр: Часть V

 

Азимбай же тем временем собрал всех своих сородичей в юрте Кабыршака и, когда все они расселись от порога до самого торя, вдруг зарыдал, и слезы омывали его длинную бороду.
— Уа, родные мои!— с трудом начал он.— Настал и для нас черный день. Черная как ночь сила стала у наших стен, в судьбу нашу решит одно-единственное слово. Скажем нет—исчезнем с лица земли. Каждый из нас, мужчин, окажется на острие копья или будет зарублен, копыта растопчут наших детей, а женщин станут рабынями калмыков. Горе, родные мои! Аул они предадут огню, и наши джайляу останутся пустовать навеки. Если мы скажем «нет», то сгинет наш род... И если не всем казахам, то нам не существовать более никогда...
Азимбай осушил слезы шелковым платком и продолжил:
— А если калмыки услышат «да», мы останемся живы, только один из нашего рода будет отдан в жертву. Раньше казахи говорили: «Молодой барашек обречен на заклание», и слова эти относятся сегодня к Назым, моей единственной дочери. Но, видно, уж такова судьба. Ведь дочь с рождения предназначена для другого рода, потому как сын — это опора, а дочь — посредник между народами. Через дочерей сближаются чуждые друг другу племена, только дочери могут породнить их. Девушку берет в жены и хан, и простолюдин. Но если за простолюдинов выходят тысячи девушек, то владыка выбирает себе одну из тысячи. Я склоняюсь к тому, чтобы отдать нашу Назымжан калмыцкому хану. И не ради меня или вас, а ради благополучия всего нашего рода. Так думаю я, а что скажете вы?
Он вновь вытер повлажневшие глаза.
Присутствующие молчали, опустив головы. И лишь визгливый голос Кабыршака нарушил тишину:
— Правильно! Надо пожертвовать девчонкой и избавиться от врагов. Неужели мы все здесь из-за нее погибнуть должны?— По привычке старший сын Азимбая после каждого слова, пыжась, поглядывал через плечо и вертел головой, ожидая чьей-нибудь поддержки. Но все по-прежнему молчали, и он, зло дернув плечом, закончил:— Прав отец, дочь для чужих предназначена, так что нечего здесь много толковать...
— Дочь предназначена для другого рода, но не для врагов,— перебил его Алшыораз, только что вошедший в юрту.— Еще ни один казах добровольно не отдавал сестру свою врагам! И как мы будем жить после такого предательства? Как в глаза друг другу смотреть? Неужели мы столь уж бессильны? Разве не найдется никого, кто мог бы помочь нашему роду?
Кабыршак сделал вид, что не расслышал взволнованных слов брата. Караз, Дараз, Карымсак и Сарымсак ждали, что скажет отец. Азимбай внимательно вгляделся в мужественное лицо Алшыораза.
— Ты верно говоришь, сынок,— печально сказал он.— Казахи живут далеко друг от друга, и, пока дойдет до них весть о помощи, наш многочисленный род будет потоплен в крови... Я об этом уже думал...
— Может, другие и далеко, но ведь наши-то, ногайлинцы, рядом,— не уступал Алшыораз.
И при этих словах многие с надеждой встрепенулись.
— А ведь и правда.
— В самом деле.
— Есть ногайлинцы.
— Есть аргыны, тобырлы...
— Есть Камбар-батыр. Он льва голыми руками задушил...
— Камбар?!—взвился Кабыршак при упоминании этого ненавистного для него имени.— И ты, Алшыораз, смеешь говорить о нем? Да ты сам во всем виноват! Ведь это ты совершил неслыханное, отрезав ухо гонцу Карамана, могущественнейшего из ханов. А теперь вспомнил голодранца, который крутился возле нашей сестры? Нет, Алшыораз, мы не станем молить о помощи твоего Камбара. Лучше я буду ханским шурином, чем унижусь просьбами перед нищим! Ты понял меня? И он снова задергал плечами.
— Если тебе дорога твоя жизнь и не безразлична судьба нашего рода — попросишь,— ответил Алшыораз.— А чьим шурином тебе стать, это аллах решит...
— Верно говоришь, сынок,— кивнул один из аксакалов.— Как говорится: «Сначала посоветуйся, а потом шубу берись кроить, если хочешь, чтоб она тебе по плечу оказалась». Надо послать за Камбаром. В нем наша надежда на спасение...
— Правильно...
— Верно...
— Бай землю стережет, батыр народ бережет...
— Когда же еще нужна богатырская сила, как не в эту трудную минуту?
На этом споры закончились, все дружно решили призвать на помощь Камбара.
— Хорошую пословицу вспомнили вы, братья, про батыра, который бережет свой народ,— сказал Алшыораз.— Но Камбар обижен на нас из-за Кабыршака, ведь брат оскорбил его, когда тот появился в нашем ауле. Чтобы искупить вину, мы должны явиться к нему с девятью кобылицами и со всем их приплодом. Мы расскажем ему, какая опасность грозит всем нам. Лишь тогда Камбар ради всех нас, ради народа, ради прекрасной Назым оседлает своего вороного. А пока Камбар с нами, нам никакой враг не страшен, помяните мое слово...
— Я доволен вашим решением,— поднял голову Азимбай.— Пусть все будет так, как вы говорите. Но пока просьба о помощи достигнет ушей Камбара, мы чем-то должны отвлечь наших грозных гостей...


  Назад

1

Далее
 
 
 
© Ertegi.ru